Заседание № 55
27.10.2000
Вопрос:
О проекте федерального закона "О снятии оговорок к Протоколу о запрещении применения на войне удушливых, ядовитых или других подобных газов и бактериологических средств от 17 июня 1925 года".
Стадия рассмотрения:
Рассмотрение законопроекта в третьем чтении
Фрагмент стенограммы:
Строки с 2610 по 2753 из 5160
Уважаемые коллеги, мы переходим к блоку "Ратификация международных договоров
Российской Федерации". Пункт 7: проект федерального закона "О снятии оговорок
к Протоколу о запрещении применения на войне удушливых, ядовитых или других
подобных газов и бактериологических средств от 17 июня 1925 года". Доклад
официального представителя Президента Российской Федерации заместителя
министра иностранных дел Российской Федерации Георгия Энверовича Мамедова.
Здесь же присутствует у нас Анатолий Васильевич Квашнин. Он вторым выступит.
А потом - Василий Михайлович Ивер.
Пожалуйста, Георгий Энверович.
МАМЕДОВ Г. Э., официальный представитель Президента Российской Федерации,
заместитель министра иностранных дел Российской Федерации.
Добрый день, Геннадий Николаевич! Добрый день, уважаемые депутаты! Ну вопрос
этот крайне ясный. Здесь не стоит вопрос о создании каких-то новых
международных норм, а лишь о приведении наших обязательств 1925 года в
соответствие с теми международными обязательствами, которые были приняты нами
позднее. В 1972 году Россия ратифицировала Конвенцию о запрещении
биологического оружия. В 1997 году мы ратифицировали соответственно Конвенцию
о запрещении химического оружия, что вполне перекрывает оговорки, которые мы
сделали в 1928 году.
Почему вопрос срочный именно сейчас? Дело в том, что, во-первых, в этом году
исполняется 75 лет этому Протоколу, и целый ряд стран, таких, как Франция и
другие, которые раньше тоже делали оговорки, а потом, так сказать, должны
были привести свои обязательства в соответствие, это сделали, естественно.
Нам негоже отставать от них.
И вторая, более важная причина - это то, что сейчас завершаются переговоры по
Протоколу к Конвенции о запрещении биологического оружия, которые идут
непросто, где нам приходится отстаивать свои позиции, и нам нужно, конечно,
повысить давление. И соответствующим образом заявление сделал наш Президент в
июне этого года. И мы просим вас поддержать и привести в соответствие наши
обязательства с теми соглашениями, которые мы уже ратифицировали.
Спасибо за внимание.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо, Георгий Энверович, вы пока присядьте.
Пожалуйста, Анатолий Васильевич Квашнин - с содокладом.
А потом, если будут вопросы, вы их зададите.
КВАШНИН А. В., официальный представитель Президента Российской Федерации,
начальник Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации - первый
заместитель министра обороны Российской Федерации.
Уважаемые депутаты, Протокол о запрещении применения на войне удушливых,
ядовитых или других подобных газов и бактериологических средств от 17 июня
1925 года явился важным документом, который фактически поставил под запрет
применение на войне двух видов оружия массового поражения - химического и
бактериологического. Он также сыграл важную позитивную роль как фактор
сдерживания, в том числе и в ходе Второй мировой войны. Вы знаете, что даже
когда Гитлера и его фашистскую банду добивали в их логове, они не применили
эти виды оружия.
Сделанные от имени Правительства Советского Союза, ратифицировавшего
Женевский протокол в 1928 году, две оговорки касались возможности применения
запрещенных средств только против стран, не являющихся участниками Протокола,
или в порядке ответного применения.
С течением времени наши оговорки к Женевскому протоколу потеряли свое
значение, и их снятие - это лишь юридическое оформление новых правовых и
политических реалий, сложившихся в последнее время. В частности, в ноябре
1997 года Россия ратифицировала Конвенцию о запрещении химического оружия,
которая запрещает любое применение химического оружия. Ратифицировав
Конвенцию о запрещении биологического оружия в 1972 году, Россия взяла на
себя обязательство не разрабатывать, не накапливать, не приобретать и не
сохранять бактериологическое оружие, что, собственно, исключает и применение
такого оружия, которое у нас просто физически отсутствует. Его не существует.
Такое понимание было формализовано в Заключительной декларации IV конференции
по рассмотрению действий конвенции в декабре 1996 года. Следовательно,
оговорки к Женевскому протоколу устарели и формально не стыкуются с
обязательствами по упомянутым выше конвенциям.
С другой стороны, отказ от оговорок имеет позитивное политическое значение,
поскольку позволит существенно ослабить высказываемую некоторыми странами
озабоченность в отношении соблюдения Россией международного запрета на
биологическое оружие.
Мы считаем целесообразным принятие Федерального закона "О снятии оговорок к
Протоколу о запрещении применения на войне удушливых, ядовитых или других
подобных газов и бактериологических средств от 17 июня 1925 года".
Спасибо большое.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо, Анатолий Васильевич, присаживайтесь,
пожалуйста.
Слово для содоклада предоставляется заместителю председателя Комитета по
международным делам Василию Михайловичу Иверу.
С места, пожалуйста, Василий Михайлович.
ИВЕР В. М., Агропромышленная депутатская группа.
Уважаемые коллеги, на ваше рассмотрение представлен проект федерального
закона "О снятии оговорок к Протоколу о запрещении применения на войне
удушливых, ядовитых или других подобных газов и бактериологических средств от
17 июня 1925 года", внесенный Президентом Российской Федерации.
Докладчики изложили суть вопроса и аргументированно подтвердили
целесообразность принятия данного законопроекта. В Комитет по международным
делам поступили положительные отзывы на данный законопроект от профильных
комитетов: Комитета по обороне, Комитета по безопасности. Имеется официальный
отзыв Правительства Российской Федерации, подписанный Клебановым. Правовое
управление Аппарата Государственной Думы замечаний по данному законопроекту
не имеет. Комитет по международным делам рекомендует Государственной Думе
принять проект федерального закона "О снятии оговорок к Протоколу... от 17
июня 1925 года".
Спасибо.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Будут ли вопросы к докладчикам? Пожалуйста, депутат
Коломейцев Николай Васильевич. Говорите, к кому вопрос?
КОЛОМЕЙЦЕВ Н. В. К Георгию Энверовичу и Анатолию Васильевичу вопрос
следующего порядка. По сути предлагаемого закона протестовать трудно. Но не
повлечет ли это с сопутствующими законами и договоренностями дополнительных
финансовых затрат, как это произошло с ратификацией конвенции о химическом
оружии, когда мы взяли на себя дополнительные финансовые обязательства?
Сегодня не выполняем, и это используют теперь уже в политических целях, в том
числе и против нас.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Пожалуйста, Георгий Энверович.
МАМЕДОВ Г. Э. Не повлечет, потому что у нас существует внутренний закон о не
производстве химического и биологического оружия. И поэтому наоборот, если бы
мы решили перечеркнуть другие обязательства и придерживаться этих оговорок,
вот тогда бы потребовались дополнительные деньги. Спасибо.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Ясно.
Анатолий Васильевич, вам нечего добавить?
КВАШНИН А. В. Полностью согласен, потому что это касается чисто
организационных дел, а финансово-материальной стороны не затрагивают эти
вопросы.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Коллеги, есть ли еще вопросы? Нет. Переносим на "час
голосования" ратификацию данного федерального закона.
Фрагмент стенограммы:
Строки с 3043 по 3062 из 5160
На голосование ставится пункт 7 порядка работы - проект федерального закона
"О снятии оговорок к Протоколу о запрещении применения на войне удушливых,
ядовитых или других подобных газов и бактериологических средств от 17 июня
1925 года". Прошу вас определиться голосованием по принятию данного
законопроекта.
Кто без карточки?
Покажите результаты.
РЕЗУЛЬТАТЫ ГОЛОСОВАНИЯ (13 час. 13 мин. 19 сек.)
Проголосовало за 378 чел. 84,0%
Проголосовало против 0 чел. 0,0%
Воздержалось 0 чел. 0,0%
Голосовало 378 чел.
Не голосовало 72 чел.
Результат: принято
Принимается.